8(3412) 24 30 03

8(951) 210 30 03

Написать письмо

Зимнее восхождение на г.Белуха 2021 ОТЧЕТ

Автор: Артем Белокобыльский 6 февраля 2021 года, 20:00 русско-киргизская Команда в составе: Селиверстов Сергей, мастер спорта международного класса, зимний снежный барс (г. Бишкек, Кыргызстан), Асель Байбагышева, рязрядник альпинизма (г. Бишкек, Кыргызстан), Артём Белокобыльский (г. Новосибирск, Россия) совершили успешное восхождение на пик Белуха (4506 метров н.у.м) в зимний период.                                                                                                                                                                       

 Зимой вся летняя инфраструктура работает на 3%, зимой страшные температуры из-за северной геопозиции района, сильные ветра и в целом информации об успешных походах в десятки раз меньше, что осложняет подготовку. На Вершину очень длинный подход, который из-за обильных снегопадов зимой подразумевает продолжительные экспедиции. 4-ки и 5-ки мы не рассматривали ввиду моей личной недостаточной технической готовности к таким мероприятиям.

Изначально мы планировали восхождение в декабре 2020, до Нового года, но не успели из-за моей болезни ковидом на протяжении трех недель после приезда. Хотя я даже смог согласовать второй отпуск за 3 месяца на работе. А в январе Сергей работал с клиентом на пике Ленина, поэтому поход сдвинулся на февраль.

В организации похода нам помог Роман Абилдаев, выдающийся альпинист, г. Новосибирск; в силу того, что мы не все вещи смогли привезти авиарейсом, часть тяжелого снаряжения взяли у него.

Также пришлось придумывать, зачем в Новосибирск летят киргизы с ледорубами и веревками. Написали письмо о приглашении их на работу в качестве промальпинистов. Оно не понадобилось, а вот другие документы с тестами ПЦР по прилету в Россию так пристально изучались пограничниками, что только обсуждение, зачем Селиверстов был в Непале заняло не меньше часа.                                                                                                                                                                  

Отдельная история - пропуска в пограничную зону. Для посещения Усть-Коксинского района лицам, не имеющим гражданства РФ, необходим пропуск погранслужбы, а для посещения Белухи - уже всем категориям граждан, так как по вершине проходит государственная граница России и Казахстана. Они были сделаны заранее и тоже изначально вызвали массу препятствий на бюрократическом уровне, включая режим работы погранслужбы в Горно-Алтайске, из-за чего прилет Команды пришлось сдвигать на 3 дня раньше планируемого.                                 


2 февраля, 21-00 я встречаю Команду в Толмачево. Закуп, упаковка, ужин.Погода мониторилась круглосуточно на протяжении трех недель. По совокупности погода-пограничники-рейсы идеальным днем прилета было выбрано именно 2-е февраля, хотя из-за этого друзьям с Бишкека пришлось ехать в Тамчи (сроду бы не знал, что там есть международный аэропорт) на Иссык-Куль.

     
3 февраля в 5 часов утра наша команда выехала из дома (легли в 2 ночи и в 4 утра встали) в Новосибирске и в 8 часов вечера была в Тюнгуре. Думали быть гораздо быстрее, но не было учтено, что дорога, которую изначально предполагали между Шебалино и Тюнгуром, и которую GoogleEarth уверенно рисовал через Онгудай, в последних 30 км имеет вид тропы. Мы были,мягко говоря, в смятении, когда поняли, что нужно ехать через Усть-Коксу, а это плюсом около 300 км к пути. Пришлось запасаться терпением, и шпарить по просторам Горного Алтая в ОБЪЕЗД вот такими буквами. Надо сказать, что места достаточно необычные, но бОльший колорит добавляла неизвестность в поиске заправок (а точнее 95-го бензина, потому что сумасшедшие алтайские заправки в глубинке торгуют либо 92-м, в лучшем случае, либо 96 (не опечатка, 96-м! бензином). Мы не рискнули пользоваться новейшими достижениями алтайских ученых и дотянули до Усть-Коксы с ее нормальным 95-м бензином. Одним из самых необычных явлений на пути в Тюнгур стала долина реки Кокса между Усть-Каном и Усть-Коксой. Высота более 1300 метров нум, холодный снежный регион, вторая половина суровой сибирской зимы, то бишь начало февраля, мы едем по абсолютно бесснежным полям и долинам на протяжении сотни километров. Более того, температура уверенно уходит в «плюс»! На вопрос потом местным, как в двух долинах на одной широте температура в рамках двух часов отличается почти на 15 градусов, как в долине Катуни- сугробы, а в долине Коксы - полное отсутствие снега на любых высотах, мы получили простой ответ - а кто ж объяснит, это Алтай. Дорога, хоть и сильно разбитая, но терпимая, видали и похуже. Вечером пошел снегопад и ехать было довольно сложно, после почти 900 км пути. В Тюнгуре было неожиданностью отсутствием сотовой связи у Теле2, а значит и у всех наших киргизов, потому что я все путешествие был модемом для наших иностранных друзей. На турбазе«Высотник», где мы остановились, в столовой оказался вай-фай, там же был и крайний сеанс связи.

Утром 4 февраля, в 8 утра, мы вышли на снегоходный маршрут. Снегоходчикам нужен был второй аппарат, поэтому мы выехали не как обычно, в 4 утра, а «чуть» позже, дождавшись полной загрузки. Снегоходы очевидно снаряжали в «довесок», мы шли на снегоходе с санями, а с нами ехал еще один снегоход с санями с заброской на Аккемскую базу "Высотника". У турбазы«Высотник» на Аккемском озере развитая инфраструктура, вертолетная площадка, дома отдыха, кафе, гиды, снегоходы, лошади, связь и так далее. Но в эту зиму - рекордно мало снега, и пробить трассу Тюнгур - Аккем удалось не в полной мере, 30 км до Каньона пробито, далее 2 км пешком, а дальше уже сверху встречают снегоходы с Аккема - еще 15 км. Народ очень колоритный, деревенские, москвичи, работают вместе бок о бок на этих трассах жизни.


Вообще езда на снегоходах в санях по камням и перевалам не шибко удобное занятие, зато мало того что увлекательное, так еще и от одной мысли, что еще и эти 30 км нужно пешком идти будет, становилось дурно. Снег в морду, сопли окружающих, превращение спины и задницы в отбивную - по барабану, пацаны летят, волосы назад. Были и неприятные моменты, во-первых, сани на льду пересекающих дорогу речек откровенно водило, а во-вторых, вывалится из саней было не так сложно. Это с учетом того, что часть дороги проходила по перевалу, откуда можно улететь вниз, а при движении по руслу замёрзшей реки есть постоянный неиллюзорный риск свалиться в воду или проломить лед, река Аккем очень живая даже зимой. Нам предлагали заброску даже на ГАЗ-66, но на перевале Кузуяк и на снегоходах-то страшно.

Из очередных нестыковок по Алтаю: почему бы не ломануться из Тюнгура на гору сначала по руслу Катуни, а затем по впадающей в нее реке Аккем? Зачем ломать снегоходы, делая переход из ущелья в ущелье, не шибко сокращая маршрут (речь идет про Кучерлинский и Аккемские долины)? Мы долго ломали голову, а оказалось все просто - в месте впадения Аккема в Катунь последняя просто не замерзает.

Через 3 часа пути из Тюнгура мы подъехали к Каньону, выбросились, оделись и потопали вперед в 12-00. За следующие 8 часов мы прошли 20 километров по GPS, с набором высоты с 1200 до 2110 (910 вертикальных метров), неся на плечах рюкзаки по 25 кг.

Про тренировочный процесс: целый месяц до похода я занимался нестандартным спортом. Я надевал походный рюкзак, в котором был набор рандомных вещей, весом 14 кг, и закидывал туда еще 2 блина по 10 кг, доводя общий вес до 34 кг, и с этим рюкзаком ходил по беговой дорожке от часа до двух со скоростью 3-5 км/ч и с подъёмом в гору 12-20 градусов, затем делая ОФП. Выпахивался вообще нормально, но именно такие занятия позволили вытянуть физическую часть в горах. Плюсом мелдронат+рибоксин+фолиевая кислота.

20 километров пути в первый день дались жутко, особенно учитывая тот факт, что мы утопали существенно дальше ожиданий (предполагалось пройти 15 км). Таким образом, в 20-00 4-го февраля мы стояли на Верхнем Аккемском озере. Во многом это стало возможным благодаря пересечению обоих Аккемских озер строгим директом, а не по рассыпным тропам по берегу. Прелесть зимы в виде практически бетонной дороги была нам доступна. В кошках, да на палках- вообще красота!

Тут стоит сказать, что еще в момент выгрузки со снегоходов к нам пристала собачонка. Сначала думали, откуда это чудо взялось, потом поняли, что с метеостанции на Аккемском озере. Эту собачонку мы гнали, ругались на нее, но она никак не отставала. Дойдя до метеостанции на Аккеме, шансы на ее отставание стали стремительно уменьшаться, так как собака не собиралась домой вообще.
Ночью, когда мы делали первую стоянку на Аккеме, спать было не по себе, так как животное активно бегало вокруг палатки, шуршало тентом, пыталась пробраться внутрь, отгоняло горных духов и даже на кого-то рычала, убегая подальше от палатки (что было совсем неприятно).


На следующее утро мы еще и обнаружили отгрызенные оттяжки от палатки! Собака их просто ЗАЧЕМ-ТО сжевала. Это ей все равно не помогло добраться до колбасы. Заброску утром 5-го февраля мы оставили на небольшом деревце, чтобы до нее максимально долго не добрались мыши и прочая нечисть, в числе которой есть и волки, и медведи, и страшенные ХОМЯКИ! Хотя зимой эти риски существенно меньше, так как медведи спят, а волки опасны только стаями. Хомяки, понятно, опасны круглый год.

5-го февраля в 6 утра мы поднялись, в 8 снялись с 1-го лагеря, оставив в заброске по-максимуму вещей, взяв только с натяжкой на 3 дня. Мы уже тогда понимали, что погодное окно только сегодня-завтра, а за баулом с недельным запасом еды, который остался на «нулевой» заброске на Каньоне, мы уже ни морально, ни физически не готовы будем спуститься - еще 40 км плюсом. Да ну его нафиг, используем единственный шанс налегке!


10 километров до ледника Арбуз мы протопали за 8 часов. По высоте получилось уже больше вертикального километра, плюс вчерашняя «двадцатка» начала ложиться на плечи. С 2110 поднялись на 3260, на 1150 м. На подъеме произошла одна из историй, которую я могу назвать частью «счастливой цепочки событий». Вводные: мы идем по морене ледника, в которой не может быть трещин, как на леднике. Ну просто не может, и все, и Селиверстов за всю свою карьеру такого не видел. Мы, соответственно, идем еще не в связке (связываться планировали на Делоне, дальше). Итак, собачка, которую мы до сих пор не могли выгнать, сидела с нами на очередном привальчике и ждала, пока наши спины немного отдохнут. После того, как мы опять надели ненавистные рюкзаки и двинулись в путь, собака прямо перед Асель ушла сначала задними лапками, а затем и целиком прямо на наших глазах, как в кино, как в замедленной съемке в трещину. Причем мы начали оббивать края трещины, а она большая! Метра 1,5 в ширину в месте падения и метров 7 в глубину (насколько просматривается). Мы прислушались, собака пищит, живая. В трещинах гибнут обычно от расклинивая в сужениях, от перелома ребер или удушья, а ей удалось упасть на полочку. И видно, как она потихоньку съезжает. Если бы не собака, в трещину упал кто-нибудь из нас! Серега закрутил буры и полез в трещину за собакой. Песель был достан из бездны даже без повреждений. После того, как мы 2 дня пытались выгнать собаку, она, исполнив свой долг, после освобождения пулей полетела вниз домой. Хотя я уверен, что это не собака, а действительно какая-то сила, которая спустилась для нашей защиты.


В 16 часов 5 февраля мы прекратили движение на перевал Делоне, ибо стало темнеть, и как заявил Сергей, «итак нормально прошли, я просто вас утром расслаблять не хотел» - он говорил утром, что мы должны еще 5-го числа успеть пролезть перевал. Поставили 2-й лагерь, по сути уже штурмовой, так как планировали 6-го подняться и спуститься в него же. Тут особо подчеркну, что маршрут этот с Томских стоянок (это чуть ниже нашего 2-го лагеря) ходят минимум 2 дня и это если повезет с погодой ЛЕТОМ. У нас же по плану 7-го числа в обед должна была закончится погода, которая стояла весьма терпимая, и надо было успеть сходить за 6-е. Опять тяжелая ночь, выход в 6-30 утра, палатку оставляем во 2-м лагере, и по темноте устремляемся на штурм Делоне. Идем бодро, уклон серьёзный, идем одновременно в связке, аккуратно, в темпе. Через час примерно начинаем вешать перила, так как начинает светать и поднимается крутой лёд, а по свету гораздо страшнее лезть. Провесили буквально 2,5 веревки до вершины перевала, хотя по мануалам там 6 веревок, по темноте проскочили большую часть пути одновременно. Вышли в итоге на вершину перевала (3500) через 2,5 часа хода, правда по ощущениям было быстрее. На крайней веревке был неприятный момент, Серега крикнул «камень», я, лезший 2-м, поднял голову. Сначала прокатился небольшой камешек, а вот следом за ним мимо меня пролетел, набирая вторую космическую скорость, камень размером со спортивную сумку. Ниже меня была Асель, которая ловко увернулась от этой сумки, несшейся прямо на нее.

С седла перевала открывались фантастические виды как в сторону России, на север, так и в сторону Казахстана, на юго-восток. Справа торчала вершина пика Делоне, с нее проглядывался маршрут 4А траверсом на Белуху, выглядел он предельно страшно. Внизу ледник Менсу со своими трещинами.

                                      Светало, и красота поднималась невероятная. А что нас возбуждало гораздо больше - глотая чай на Делоне мы ощущали ПОЛНЫЙ ШТИЛЬ и безоблачное небо. ЧТО. В феврале на Белухе??? Мы думали - ага, до вершины осталось 7 км, время раннее утро, да, набрать придется по вертикали 300+1000=1300 метров, но даже у меня опыта хватает гонять такие перепады. И кто сказал, что 2 дня идти? Зачем на Берельском седле люди лагеря ставят. Непонятно. Побежали!

Первый километр прошли действительно бодро. Дошли до больших трещин, в связке с перевала, убежали сначала вправо, ближе к стене Делоне, потом по maps.me пришлось уходить налево, чуть поблуждали. Впервые я видел такие трещины. Пришлось раздеваться - солнце залило ледник и стало конкретно жарко идти. Шли в снегоступах, не сказать что необходимость, но все равно жизнь облегчали. Дошли до начала Большого Берельского Седла. Скинули снегоступы, надели кошки, Селиверстов сопроводил эту акцию словами «нас обманули, снега зимой на Белухе нет))». После этого высказывания гора нас услышала и накинула, дабы не расслаблялись. Начали вылезать на седло, и стали замечать, что, несмотря относительно объема физической пахоты мы идем бодро, относительно километров в час мы идем медленно. На Берельском началась тропёжка, и чем далльше, тем жестче. Серега затем отмечал, что очень редко он в жизни мерил расстояния не в часах и веревках, а в километрах. На Берельском до вершины оставалось 2.9 км, восточная сторона вершины даже проглядывалась уже. А вот перепада осталась еще аж 1000 метров. Остановились перекусить по требованию Сергея чуть выше лавинных выносов с пика Делоне, ибо седло, по которому мы шли, быстро нагревалось и имело лавиноопасные склоны. Тут начало конкретно жарить, полный штиль, снег кислит, мы раздеваемся до термух (!), обмазываемся кремом от загара и устремляемся дальше вверх. Усталость делает свое дело, идти становится тяжело и начинаем понимать, что с Делоне, возможно, на обратном пути, придется спускаться в сумерках. Начинает снова давить обезвоживание, хотя я отпивался в палатке из последних сил. Горло пересыхает и становится сложно говорить и нечего глотать. Идем час, за час проходим 500 метров, и начинаем вылезать под вершину.


Тут происходит 5 событий. 1-е, самое простое и кайфовое: я первый раз в жизни видел, как с ледопадов свисают ГИГАНТСКИЕ СЕРАКИ. Это ледовые нависания высотой под 200 метров висят над долиной с юга, чтобы было понимание, это примерно 3 жилых дома по 22 этажа, поставленных друг на друга высотой. 2-е, гораздо более печальное, мы констатировали смерть нашего темпа. 3-е, еще более печальное, мы начинаем понимать, что и с вершины спускаться мы будем, скорее всего, в темноте. 4-е, самое ужасное - я вижу вершину и понимаю, что техническая часть, которую я ожидал только в виде 6 веревок на Делоне, ожидает нас впереди. Я морально вообще не был готов к этому. Лазаю я так себе и каждый раз конкретно настраиваюсь именно на технические участки маршрута, так как бегаю для равнинного парня довольно бодро. А тут цирк предвершинный ясно дает понять, что никакой пешей прогулки не будет. И 5-е - мы только заходим на ледник, как втыкаемся в необходимость распутывать трещины. Налево, направо, снизу то не видно разломы, на один поднялись, не туда, спускаемся... И так с десяток раз. И все на месте. Время идет. Maps.me показывает тропу прямо через гигантскую трещину. Выбираем другую тропу в нелогичном месте. При прохождении выносов тратим колоссальное количество времени - иногда на прохождение 2-3 метров стенки уходило по 10 минут и нечеловеческие усилия. Сказывается что мы все впервые в районе и на маршруте. Я туплю при перепрыгивании трещин. Серега начинает конкретно подгонять, идут более резкие высказывания, что и как делать.

Часам к 15 мы вылезли под бергшрунд ледника, падающего с Белухинского перевала. До вершины остается 1.2 км пешком и еще - о ужас - 400 метров набора высоты. Приходится принимать ключевое решение. Серега спрашивает, готовы ли мы морально лезть на вершину по темноте. «- Вы сейчас, конечно, все скажете, что - да, готовы, но подумайте хорошенько - будет страшно». Я хорошо подумал и сказал - «Я готов даже с холодной ночевкой идти». Асель сказала примерно тоже самое. Пришлось топать, а ведь была надежда развернуться.

Пролаз перевала стал настоящим откровением. Раньше я дребезжал на крутых опасных склонах. Здесь мы, вымотанные тропежкой (кстати, полдороги протропила первой Асель) начали пролаз 45-ти градусного склона. Страховки нет, мы убитые уже. Забуриться некуда - льда нет, скал нет. Мы идем просто в связке. Один упал - все упадут. Идем на предельной концентрации внимания. Доходим до очередной небольшой стеночки, уже начинает подходить закат. Дальше стена «встает» еще сильнее, Селиверстов, на страховке «через ледоруб», которая единственное, что гарантирует в случае срыва лидера - это срыв всех участников мероприятия, а ведь уже есть куда лететь, без шансов на спасение, лезет наверх перевала. Когда он начал пролаз, я ему говорю -«Серега, может домой пойдем?» - он отвечает, мол, все равно уже по ночи спускаться, зря чтоль тащились сюда 3 тысячи километров. Так вот, про дребезжание. Мне было почти все равно. Я понимал, что придем домой (к палатке) мы утром. Что ночью будет страшно и холодно. Что вверх то мы, сейчас, может быть, и пролезем, а спускаться нам не на чем -страховку тут НЕ организовать. Я был настолько выеден усталостью, что был только трезвый расчет, что Селиверстов бы не полез, не будь у нас шансов. И все.

Веревка начинает натягиваться. Мы тащили две «шестидесятки», 2 веревки по 60 метров, и сейчас страховочная веревка, привязанная к Селиверстову начала заканчиваться. Я кричу, что осталось 10 метров, «понял». Кричу про 5 метров - тоже самое. Я понимаю, что сейчас он вылезет веревку, а страховочную станцию сделать будет не на чем. Веревка натягивается, я прижимаюсь к рельефу. Проходит минут 5. Вдруг верёвка ослабляется и сверху невероятный по крутости крик «перила готовы». Перила!!! На исходе 60-го метра он дошел до вершины перевала и видимо, нашел где сделать станцию (на секунду я предположил, что вдруг она не надежная, но потом вспомнил, что там Сергей наверху). На жумаре я как ракета вылез эти 60 метров и вщелкнулся в станцию на перемычке. Боже, какая красота! Виды нереальные, закат уже в разгаре, солнце ушло. В обе стороны от перевала невозможные виды. Телефон я выключил, чтобы хватило трекера на обратный путь. Однако у Асель нашлись силы снимать.

Дальше мы потопали в связке направо, к скальным бастионам вершины. Сначала было просто, затем рельеф снова начал «подниматься». Резко наступила ночь, это было около 19 ч. По бастионам начали встречаться неприятные места, я сначала завопил, что без страховки тут не полезу, но Серега быстро осадил, что тут все «пешком идется», и если мы и тут страховаться будем, то вернемся послезавтра, а вероятнее просто тут замерзнем. Да и вообще-то скального железа мы не брали, так как там действительно не страхуются. В итоге мы начали выходить на гребень в ночи, который стал переваливать вниз. Это как- ? Подумал я. Спустились чуть ниже, я достал maps.me и кричу Селиверстову - мы прошли вершину! Вернулись чуть назад, тьма кромешная. Я верчу GPS и понять не могу - у меня показывает высоту 4530. «У тебя сколько?» - «4533». Да как так-то? Всем известно, что точная высота горы 4506 метров. Походив по вершине, сообразили, что вершина скальная осталась ниже, а эти +/- 30 метров - снежный надув. Под нами весь Алтай и вся Сибирь! Вы на вершине Белухи зимой! Давай фоткаться, во все стороны огромные сбросы, в сторону Аккема вообще отвесная стена 1,5 километра высотой. Пьем остатки чая, наконец есть силы и желание посмотреть на небо. Боже, я не видел такого неба НИГДЕ, а я уже много где был! Небо усыпано мириадами звезд, вокруг на сотни километров ни одного города, а мы на высоте 4,5 километра! Сфотографировались с флагами, ведь я тащил с собой флаг своей Команды «Лаборатория», а Селиверстов - своей фирмы «Snowleo». Примечательно, что киргизы не тащили с собой флаг страны, неоднократно вслух обсуждая - а зачем, ведь она для них ничего не делает. Потупив на вершине минут 40, мы уже собрали рюкзаки вниз, как начали прыгать, обниматься и кричать «УРА»!!!


Дальше было хуже. Ведь как всегда говорит Серега, «не волнуйтесь, самое тяжелое позади, ведь дальше будет только хуже». Внатяг начали спуск. И тут происходит еще одно событие из разряда «Гора пустила нас и приняла». Белуха очень своенравная гора. И мало того, что до сих пор был полный штиль и отсутствие снега, а это из разряда мистики, так через 20 минут, по ходу мытарств на скальных бастионах, Селиверстов снимает с горы... старые перила! Веревка, метров 40 длиной, может стать для нас спасением! Вот это подгон! Мы уже размышляем над дюльфером немного в другую сторону от подъема, по скалам. Спускаемся на вершину Белухинского перевала и... Серега достает еще одну веревку, предположительно 50-ку!!! Вот это пруха! Он организует дюльфер на 4-х веревках и мы на этом лифте слетаем вниз аки прокаженные, я даже чуть в трещину свалился на спуске от скорости и недостаточной видимости. И вот мы сдергиваем свои веревки и бежим вниз, на плато! Я говорю, надо в туалет по-серьезному, мы останавливаемся и делаем привал около 1-го часа ночи. Топим снег, немного пьем (брали с собой газ, горелку и кастрюльку, так как неясны были перспективы и ночной спуск был вероятен). Очень быстро замерзаем. И в связках бежим по своей тропе вниз, вниз, вниз, ожидая только то, что нам еще 300 метров набирать вверх в перевал Делоне. Спускаемся с Берельского седла, обуваем снегоступы, и тут меня накрывает окончательно. Я не могу говорить, сил вообще никаких, мы плетемся где-то 700-800 метров в час. Когда мы начали распутывать трещины на леднике Менсу при подъеме вверх, я перестал чувствовать пульс, и подумал, что из моих не всех полноценных органов может отказать. И я был в таком состоянии, что я был индифферентен к этому. Мы заплутали в трещинах. Ходили, искали путь, пошли напролом и вылезли таки на плато. Дальше чудовищный подъем в перевал. Асель и Серега спят на ходу. Я пару раз падаю без сил, организм отключается. Но проходит еще час, и мы на Делоне. Серега лезет вниз на чьих-то старых перилах, начинает поддувать ветер со стороны России. Мы ждем перила. Асель стоит на станции, я рядом. Я чувствую, что она засыпает, я кричу - только не спи! А сам пару раз ловлю себя на мысли, что проваливаюсь в сон. Наконец вожделенный вопль «перила готовы!» И я дюльферяю вниз. Через 10 метров понимаю, что веревка сильно перебита, кричу Асель в коматозе -это точно те перила?! Да точно, Серега же тут спускался. Я думаю, ладно уже, и тут веревка сильно уходит влево по склону и перещёлкивается в другую веревку. Перещелкиваюсь, ничего не понимаю, спускаюсь до станции, чья-то старая станция. Кто ее делал, как, уже не думаешь. Переваливаюсь уже в наши веревки и тихим сапом спускаюсь до скальной балды, где мы сутки назад начинали организовывать страховку. Но то вверх, а тут топать вниз, кидаем петлю (оставляем на маршруте), через нее наши сдвоенные веревки и качусь вниз. На середине четвертого дюльфера выронил варежку. Это фиаско, но у меня с собой вторая пара варежек, продолжаю путь. Пятую веревку кидаем через 2 ледоруба, Серега орет на нас - вы же понимаете, что это не страховка?! Он, почти не грузя перила, спускается вниз, я, также, почти не нагружая станцию, полупешком вниз. Асель на двух ледорубах уже пешком. Бухтуем одну веревку, вторую просто цепляю к себе и бежим к палатке. 7:30 утра, подёргивает рассвет, чуть раньше, чем у нас в Новосибирске, мы в палатке!


В начале 12-го утра мы просыпаемся с Асель первыми, от порывов жуткого ветра. Палатку гнет к земле, я понимаю, что мои палки, скорее всего, унесло ветром, так как я оставил их снаружи воткнутыми в фирн. Мне не по барабану, что уже хорошо, про себя отмечаю я, но вылезать проверять я еще не готов. Я шучу вслух про свое раздолбайство, так как идти вниз без палок будет мерзко. Кипятим завтрак, отпиваемся. Я выпил не меньше литра воды. Больше не лезет. Высовываю голову наружу, в ураган и вижу палки, кричу от счастья. Засовываюсь назад, продолжаем тупить. Все за то, чтобы валить вниз, кроме Сереги. Он говорит «давайте сейчас каждый сходит в туалет и поднимем вопрос, надо ли сейчас идти заново». Я выхожу в туалет, сносит с ног, делаю свое дело и прыгаю обратно в палатку. Говорю, шутки шутками, а идти надо. Собираем вещи в палатке все, вылезаем навстречу бушующему миру. Ни зги не видно, все заволокло, не видно даже соседних стен. Собираем палатку и тут накрывает такой шквал ветра, что я понимаю, почему Сергей, несмотря на то что погоду обещали до обеда 7-го числа, принял жуткое решение идти двухдневный ДЛЯ ЛЕТА маршрут за день без палатки. Это была единственная наша возможность сходить. Возможно, это было единственное погодное окно за всю зиму-2021 (когда, гм, на вершине Белухи был штиль, когда там не бывает никогда хорошей погоды). Мы валим в связке вниз, ледник Арбуз, выходим под Аккемскую стену - и вот «шутки» природы - мы так и не увидели чудовищную полуторакилометровую стену Белухи ни разу за поход, так как на подходе была непогода, на вершине была ночь, на обратном пути регион накрыла снова непогода. Белуха далась, но не показала себя, не открыла свое лицо, и в этом есть своя символика.

На той морене, где мы доставали собаку, Селиверстов, шедший первым, проломил трещину. Ну как так-то??? Я сначала издалека (а связка была по 20 метров, и в такую вьюгу едва угадывались силуэты на таком расстоянии) подумал, что он просто упал. Подхожу, он барахтается по пояс в трещине. Достаемся, он через 20 метров падает в следующую трещину. Ломает палку. В ярости выкидывает центральное звено в трещину. Матерится страшно, что-то вроде «да я всю жизнь в горах, столько за один поход не падал блин в трещины». Жалеет о выкинутой палке. Но вниз - не вверх, и, упираясь ногами в другой край, не так опасно. Доходим до трепежки, изматерившись, переодевает кошки в снегоступы. Я продолжаю топать в кошках, так как скоро будет ледовая речка и я хочу дотянуть до нее, идя по пояс в снегу. Дохожу до нее, и дальше уже как по асфальту. Добегаем до заброски на 2-м аккемском озере, а там интересное явление. Нет, наши пожитки на месте, просто за 2 дня натёчный лёд похоронил два баллона газа, высотой около 14 сантиметров, прошлось выколупывать их ледорубом. Зато там образовалась лунка, которая тут же наполнилась водой. Вода! В феврале месяце на высоте 2100! Мы напиваемся ею и раскидываем привал. Принимаем очередные стратегические решения, через 40 минут подходит Асель и мы из 5-ти вариантов движения вниз решаем брать снегоходы для выброски вниз. Я не готов морально топать в перевал Кузуяк в 40 километрах отсюда с полными рюкзаками, да и всех тошнит от этой мысли. Решаем спуститься еще на 5 км вниз до «бочек» на Аккемском озере и там заночевать в надежде на то, что они будут открыты. Идем по озеру, доходим до бочек уже в темноте. Их 5. Тыкаемся в одну, закрыта. Вторая - закрыта,. Пятая - открыта! Нет сил и желания ставить палатку, когда выброска так близко, и Гора снова благоволит нам! Мы раскидываемся в бочке, находим ведро, полное льда. Хотели растопить его, потом нашли в ведре погибнувшую нелепой смертью мышь, берем ледорубы и идем колоть в дырявый пакет лед на озере. Шутим, что вот мы молодцы, сейчас не хватило уйти без GPS и посеяться по просторах Аккема. По спутнику связываемся с Тюнгуром и заказываем снегоходы от Каньона. Что делать вечером в бочке? Развлекаемся тем, что через Юлю в Новосибирске по спутнику ищем выброску подешевле, клянчим скидку у «Высотника», ничего не получаем и ложимся довольные спать на твердых и холодных, но таких прекрасных нарах. Кстати, всю дорогу мы баловались по вечерам пульсометром-кислородомером, который как прищепка, надевается на палец. По кругу выясняли свой пульс и кислород, «анализировали» данные в зависимости от высоты и подопытного пальца. И если на пути «туда» на высоте 3260 у меня вечером перед сном был пульс 88 при кислороде 85, то «назад» перед сном в бочках на высоте 2050 я увидел пульс 58 при кислороде 98. Вот это здоровье, тьфу-тьфу!

Утром 8-го февраля встаём пораньше (хотя «пораньше» это относительно, так как что может быть лучше, чем встать не как обычно в отпуске в 4 утра (или вообще не спать), а в 7-30. Цель - к 14 часам сбросить кило по высоте и 16 км по длине до Каньона, где нас будет ждать выброска и баул со жратвой.

Сразу набираем хороший темп. Асель немного отстала, мы с Серегой жмём тапку максимально и за первый час проходим с тошнотворными рюкзаками аж 5 км. Я сначала подотстал, а потом давай аж бежать, догнал. Идём, болтаем, на эйфории, обсуждаем планы, Эльбрус, Казбек, Ленина... тут начало поддавливать. Как на север, так и на юг, мы с открытыми ртами наблюдали за зимнем солнцем при полном штиле на безоблачном, бесконечно синем небе (!!!). Пройдя 7,5 км, почти половина, я попросил остановиться, Серега говорит - «давай уже до 8 дойдем, как-то не по-человечески». Но мне было уже все равно, я скидывал рюкзак на берегу Аккема с целью скрыться в кустах. Серега, который держался также до упора, тоже бросился в кусты. «Ты направо, я налево» - быстро бросил мастер альпинизма и мы исчезли с виду. Сделав свои дела, я вылез на речку и решил снять штаны, чтобы идти дальне в одной термухе -становилось совсем жарко. Спустив штаны, я вижу, как на меня едет... Снегоход! Снегоход с санями, на которых ВОССЕДАЕТ Асель. Светится от счастья! Пришлось натягивать спешно штаны назад и наблюдать за тем, как боком вылазит из кустов с открытым ртом Селиверстов. Ребята, которых мы колдовали всю дорогу, действительно поехали в это время вниз к Каньону перехватить заброску у тех, кто ехал снизу за нами. Кстати, был смешной момент. Мы проходили мимо базы «Высотника» на озере в начале пути того дня, и громко разговаривали, мол, «вот забрал бы нас Костя, подкинул до низу...». А это был его домик, он это услышал и даже вышел на улицу, но топали мы так быстро, что исчезли, когда он хотел предложить нас забрать. По итогу мы закинули рюкзаки к Асель и сукасчастливые пошли крайние 8 км пешком до заброски с одними палочками по прекрасной погоде вниз по реке. Когда мы прибыли на Каньон, там уже наши водители и работники турбазы с Асель вовсю уминали на раскинутой поляне вкусняшки из баула - колбаса, сало, горчица, водка, чай - пир на обочине жизни! Я вежливо отказался, как и наш водитель, и мы помчали вниз. Ах да, комары. Февраль. 1200 метров высоты.

Путь назад был немного омрачен тем, что снегоход начал жутко греться при такой погоде. Это закончилось тем, что мы много где тащили на себе снегоход или вытаскивали его из ям. Чинили на ходу. В итоге мы вызвали страховочный снегоход из Тюнгура, который прибыл точно в срок, перехватил нас и с чумачечей скоростью доставил на Турбазу.

В базе все были в восторге от нашей попытки. Нам принесли значки восходителей на Белуху и грамоты. Появился собственник базы, альпинист, и мы отъедались под его истории весь вечер.

А утром двинулись домой. Нас ждала очень длинная дорога, но уж точно короче той Дороги Жизни, которая была пройдена на Белухе.

      
Зачем я хожу в горы, многие спрашивают. Причин масса. Просто уйма. Но я назову ту единственную причину, которая, не являясь решающей, дает мне возможность переосмыслять каждый день своей жизни. Каждый поход в горы, каждое движение на тропе, каждое действие на маршруте являются потенциально смертельными. И там я чувствую, насколько от моих действий и решений зависит моя жизнь и жизнь людей, которые от меня зависят. Напрямую, без прикрас - одно движение, и все. И я, являясь не самым собранным человеком в обычной жизни, собираюсь на 200%, и отрабатываю так, чтобы все было ЧЕТКО. А затем, вернувшись домой, я понимаю, что вновь осознал, что такое «ответственность», благодарю каждый день, прожитый на земле и пытаюсь делать все также, как я делал там - с запасом и максимальной ответственностью. Конечно, там бывают ошибки. Но если там ты в ужасе от своих ошибок, то почему не корить себя также и не делать выводов внизу из своих ошибок?
Автор: Артем Белокобыльский